Ночами от счастья таю
Ночами от счастья таю, и сердце трепещет колко,
Меня зазывают в стаю, два светлоглазых волка,
Они прибегают ночью, и сон мой трепещет тенью,
Они разгрызают в клочья полночные сновиденья,
Их морды худы как сабли, их взгляды острее бритвы,
И губы в бусинках капель, отважные дышат молитвы,
Их пасти полны кинжалов, рычанье – раскатов грома,
Свободными их рожали, они лишь на воле – дома,
И кровь их дымится ало, словно туман закатный,
Норы в горах – их залы, все кто свободны,- братья,
Ведь волки как мы, как горцы, искавшие лучшей доли,
Чтобы под луной и солнцем не мучила цепь неволи,
Слабейшие сдались в собаки, забыв вкус крови из вены,
Привыкли к голодным дракам, цепи, раболепству, плену,
Но эти не те дворняжки, эти – лесные боги
Что в рабский капкан попавший, себе отгрызают ноги…
Меня не берут за горло, не ищут клыками вену,
Они ж – побратимы – волки, не падальщики – гиены,
Ведь знают, что мы, вайнахи, в веках воспевали волка,
Которому чужды страхи, заложенные в кремневки,
О славе турпал – породы, трубил всем совет старейшин,
Да и сейчас в народе, волками зовут храбрейших,
Рычат, что наслышаны песен, что пели о них в ауле,
Что в песнях хватает чести, но в жизни встречают пулей,
И просят они устало, но, не склоняясь низко,
Они – зазывают в стаю, им человек – близкий,
Зовут меня к их свободе, из человеческого плена,
Рычат, что дадут на природе, огромнейшие владенья,
И если дано вселиться, мне после смерти в кого-то,
Хотел бы я вселиться в логове или гроте,
Я б ускакал в туманы, матерым абреком-волком,
Ушел бы от людей тиранов, и презирал бы их винтовки,
Ночами от счастья таю, и сердце трепещет колко,
Я на ночь сбегаю в стаю, к волчице и брату волку…
1994 г.
Itumkala
Hysein
